Аляскинская одиссея. 6 Путь к золоту

2 июля 2018. День 9

Утро в Кенни Лейк было очень занятым. Я наконец-то перестирала всю одежду в прачечной и приняла душ, чтобы продолжить свой путь на север по «тропе золотоискателей». Такая возможность теперь появится только в Гленаллене, до которого я должна добраться к вечеру, а после него уже очень не скоро. Удобная для путешественников американская традиция coin laundry — общественных прачечных за монеты или жетоны, — добралась и до Кенни Лейк.

37874003_2143394672602568_3320755343310454784_n

Душ здесь тоже по жетонам, стоит $6 за 8 минут, к нему за эти деньги еще и полотенце выдают. Пока стиралась одежда, пришел Кен, и я решила позавтракать у него. Заодно и поговорить с ним за жизнь и с другими местными жителями, заглянувшими к Кену на утренний кофе. Местные тут очень колоритные. Дедушка, что косил газон в кемпинге, тоже зашел за кофе. У него длинные седые усы с бакенбардами и выбритый подбородок, как носили в старину. Забавно такой образ сочетается с бейсболкой, но это очень по-американски. Сказал, что зовут его Фред.

— У тебя есть бойфренд? А то вот Кену нужна девушка, мается тут один с тоски, — забрасывает удочку Фред.
— Да ладно, Фред, брось! Она же там в России живет, а я здесь, — покраснел Кен, не дожидаясь моего ответа.
— Ну она ведь может переехать и работать здесь. Это же человек, а не дерево! – Фред уже решил за меня мою судьбу.
— Так, ребята, есть у меня бойфренд, — вмешалась я в разговор. Да и Кен не то чтобы в моем вкусе, несмотря на то, что он хороший парень! С женским полом на Аляске явный дефицит.

Душ

Вчера я посоветовалась с Леоном, по какой дороге мне лучше ехать на север: по трассе или по старому грунтовому шоссе (Old Edgerton Highway). Он сказал, что грунтовка короче на 4 мили, довольно хорошего качества и на ней нет такого крутого подъема в гору, так как она идет вдоль реки. И я поехала по ней. За 20 километров дороги не встретила ни одной машины, хоть и дома попадаются довольно часто, везде стоят почтовые ящики, долина реки в этой местности плотно заселена.

Old Edgerton Highway

Выскакиваю вновь на четвертую дорогу – Ричардсон хайвей. Горы национального парка остались справа на горизонте, и теперь до самого Гленаллена тянется нехарактерная для Аляски населенная территория: как ранчо, так и отдельные дома. Деревни теперь не через каждую сотню километров, а через 20-30.

Самое крупное поселение из них – Коппер Центер (Copper Center). Здесь золотоискатели, успешно преодолевшие горы Чугач по только что пробитой тропе, основали лагерь. Но место оказалось неудачное, и уже в первую холодную зиму многие умерли от болезней и нехватки продовольствия. Да и до сих пор неудачи преследуют Коппер Центер: только я въехала в селение, как надо мной зависла дождевая туча, полила дождиком, а когда я выезжала оттуда, то и туча исчезла. Здесь сохранилось несколько старых домов, салун, есть небольшой музей. Все настоящее, это не туристическая деревня а-ля «вестерн», как на большой земле.

Музей Коппер Центер
Хороший транспорт для путешествий по Аляске
Старый квартал

По дороге попадается много деревень с индейскими названиями, даже какой-то специальный культурный центр атабасков и священная индейская гора с выложенным крупными буквами названием на склоне. Внезапно на дороге я нашла доллар. Мелочь, а приятно. Но вскоре пришлось карабкаться в гору, за которой уже показался Гленаллен.

Много брошенных домов

Мелочь, а приятно!

Важное дело заставило меня искать кемпинг поближе к городу: завтра нужно заехать на почту и забрать посылку с зарядкой для Кэнона, она как раз должна прийти. Сперва поехала в обозначенный на карте кемпинг поближе к центру, но это оказалась парковка для кемперов. Пришлось вернуться к трассе и остаться в единственном в окрестностях кемпинге Northern Nights. Мест под номерами не было, но после долгих уговоров мне все же выделили неофициальную полянку за одним из домиков, причем даже со столиком и с собственным краном воды. Кемпинг дорогой ($27), но очень хороший: есть горячая вода, бесплатный вай-фай и утренний безлимитный кофе. Душ правда по жетонам (7 минут, включен в стоимость), но чистый и приятный.

Гора Драм видна с шоссе в районе Гленаллена

Как только я вышла в интернет, то обнаружила письмо от Амазона о том, что посылка задерживается до завтра-послезавтра. Ну все, думаю, дело труба. Стоит уже паниковать или еще нет? Расстроилась, что возможно придется терять день или два из-за какой-то посылки. Если завтра утром посылка не придет, то мне придется ехать в RadioShack и покупать новую зеркалку ради качественных снимков. Если она конечно будет в столь провинциальном магазине. Но пустыми переживаниями делу не поможешь, решила не паниковать и дождаться утра.

Вот так и проявляется реальная ценность вещей. Сегодня я вспоминаю про теорию предельной полезности из макроэкономики. Ценность и соответственно цена воды в доме с водопроводом и в пустыне разная. Сейчас я готова была отдать любые деньги, даже $500 за эту чертову зарядку. А вот ценность айфона здесь стремится к нулю – дальше не будет ни связи, ни интернета. Аляска сильно меняет взгляд на привычные вещи и их настоящую ценность.

3 июля 2018. День 10             

Почта открывается в 9 утра, да и посылки там все равно еще нет, поэтому смысла подниматься рано не было. Выспалась за все предыдущие дни, но припекающее с утра солнце нагревало палатку, и пришлось проснуться от духоты. Поскольку не темнеет совсем, засыпать поначалу мне было крайне тяжело. И это еще палатка темно-зеленая, но свет все равно туда проникает. Сперва приходилось натягивать спальник на глаза, чтобы уснуть, но потом я как-то привыкла и вошла в режим.

Уже в 9 раздался звонок с почты: посылка у них, и девушка спросила, куда ее доставить. Все-таки удачно я вписалась в кемпинг, потому что произошло то, чего я и боялась: у почты нет услуги «до востребования», они вообще не принимают частных лиц. Почта требовала от меня по телефону конкретный адрес доставки. Я назвала адрес кемпинга и предупредила дедушку на ресепшене, что жду посылку. Через пару часов приехал почтальон, пока я неспешно завтракала и собиралась. А когда грузовичок UPS подъехал к офису кемпинга, я как раз выезжала в супермаркет за продуктами. Смотрю на почтальона и вижу знакомое лицо:

— Леон! Так ты еще и UPS man? — удивлению моему не было предела.
— Ага! Теперь я нравлюсь тебе еще больше?
— Конечно! Ведь это очень важная посылка!

Ура! Работает!

На Аляске мир тесен. Мы оба порадовались неожиданной встрече, а у меня радость от встречи с Леоном еще и умножилась на счастье от долгожданной посылки. Теперь я свободна! Ради интереса я заехала на заправку напротив, где как раз и находился RadioShack. Это оказался лишь небольшой отдел электроники в заправочном минимаркете. Радиошэк этот не блистал выбором, но было все необходимое. Даже лежит единственная зеркалка Canon Rebel T6 за $549. Слава богу, что не пришлось ее покупать! Вернувшись к своему велосипеду, я обнаружила на нем записку: «You’re the most beautiful woman». И кто бы это мог быть?!

Как минимум ближайшие дней пять я снова буду в автономном режиме, ведь впереди лежит Denali Highway — 140 миль по предгорьям Алскинского хребта, где никто не живет. Но и до него надо еще доехать. Закупаю продуктов на неделю вперед и снова отправляюсь в путь. День сегодня очень жаркий, Аляска удивляет своими погодными контрастами. На солнце термометр показывает 38 градусов. Со всеми этими посылками и закупкой продуктов я выехала в третьем часу и думала, что уже переждала самую жару, но не тут-то было. Раскаленная трасса прожаривала косточки по полной программе, несмотря на то, что справа от меня виднелась полностью покрытая ледниками гора Драм. Изнемогая от зноя, я доехала до Галканы и увидела на трассе вывеску «Flight tours». Стрелка указывала в направлении маленького аэропорта Gulkana и намекала на то, что это последний шанс совершить полет над национальным парком Рангел-Сент-Элайас, обозримую территорию которого я вот-вот покину. Минутная пауза на раздумья – и вот я сворачиваю к аэродрому. Была не была! А вдруг повезет? Ведь сегодня такой удачный день, а удача на Аляске очень много значит.

Офис аэродрома напоминает скорее небольшой гараж для сельхозтехники, в ряд стоят Цессны на приколе. Тишина, пустота и отсутствие машин на парковке сперва поубавили надежды на полет.

— Есть тут кто-нибудь живой? – захожу я в «гараж».

Наконец через минуту из глубины офиса выходит мужчина и говорит, что для того, чтобы полет состоялся, нужно как минимум два человека.

— Ты одна? Сейчас проверю расписание полетов на сегодня, может кто-то что-то забронировал… Нет, увы, на сегодня полетов нет. Можешь оставить свой номер телефона. Если желающий появится, мы перезвоним.

Да уж, массового наплыва туристов судя по всему сегодня не предвидится, ведь все они летают из Кенникота за 300 баксов. А Галкана не пользуется большой популярностью.

— Видите ли, я проездом на велосипеде. Сутки ждать не могу, но могу подождать тут у вас на диванчике полчаса. Если никто за это время не проявится, пойду крутить педали дальше. Что уж поделать, такова моя судьба.

В этот момент зашел приятный бородатый мужчина. Оказалось, что это самый главный босс, начальник аэродрома — Марти. Узнав мою историю, как я одна пересекаю Аляску на велосипеде, он очень впечатлился и сказал своим ребятам:

— Ладно, ребята, пускай полетает. Сделаем ей полет на 40 минут, у нас он стоит $210.

Вот это да! У меня все-таки будет личный пилот! И деньги не такие бешеные, как в самом национальном парке. Первым пилотом оказалась молодая девушка, а вторым полетел Джон, тот что первый встретил меня в офисе.

— Сегодня из-за жаркой погоды может быть немного bumpy. Как ты переносишь турбулентность?

Я соврала и сказала, что переношу хорошо, хотя на самом деле меня укачивает даже в маршрутках. И вот маленькая Цессна с экипажем из трех человек взлетает над долиной. Я вижу реку Копер, сверху она кажется еще более огромной, чем снизу! А этот лес и дорога, по которой я сюда приехала, — абсолютно бесконечные. Даже поверить трудно, что я смогла преодолеть все это на велосипеде. А сколько еще предстоит проехать!

Река Коппер течет в бесконечность

Заснеженная вершина горы Драм виднеется впереди и становится все ближе и ближе. Кажется, что вот-вот мы врежемся в один из её ледников. Но пилот умело огибает гору, взору открываются красоты, скрытые от посторонних глаз: острые как зубы пики, маленькие ледники рассыпаются с седой макушки словно волосы, голубые глаза-озера и гигантский язык, стекающий черно-белыми полосками вниз. Гора напоминает мне старика-великана. Невозможно жалеть о таком полете, когда дыхание прерывается от одного вида той великой и недоступной красоты, которую создала природа и еще не уничтожил человек.

Я вспоминаю Ричарда Баха, книгами которого зачитывалась в двадцать лет. Тогда описание технических сторон полетов на маленьком самолете вызывали у меня тоску. Но теперь я понимаю, откуда у него эта одержимость Цесснами и где корни всей этой баховской философии. Глубинные смыслы всего открываются от таких полетов. Безумная красота опасных и недосягаемых с земли мест так просто открывается в небе, как открываются недоступные острова плывущему под парусами в бескрайнем океане. Кроме велосипеда только лодка и легкомоторный самолет – два транспортных средства, достойные моего уважения. Они одновременно дают человеку свободу и открывают ему такие уголки планеты, до которых невозможно добраться никак по-другому. Теперь к старым мечтам о парусной яхте и каяке у меня появилась новая мечта: получить лицензию пилота и тоже летать над недоступной красотой мира.

Но вот полет окончен, как кончается все в этом мире, и плохое, и хорошее. Прощальное фото с пилотами на фоне Цессны, и я снова возвращаюсь к своему привычному двухколесному транспортному средству, которое не променяю ни на что другое. Меня ждут сотни километров трудных дорог, и я готова пройти через все, что угодно!

Вдохновилась и готова к новым приключениям!

Гора Драм, этот старик-великан, еще долго мелькает за лесом справа, прощаясь со мной, а потом исчезает позади. Теперь-то я знаю её секрет, который не знает больше никто, кроме меня.

На перекрестке двух дорог, первой трассы и дороги, уходящей на Ток и дальше к канадской границе, я свернула к магазину. Перекрестки в Америке – это священные места, места надежды для уставших путников. Ведь там ставят заправки и роадхаусы. А еще на перекрестке, говорят, один блюзмэн продал душу дьяволу. Я, уже измученная жарой, готова была продать душу дьяволу за мороженое или на худой конец баночку холодной кока-колы. Мороженого не оказалось, как и кока-колы. Магазин был крайне унылым, ничего в нем нет, старушка-индианка скучала за пыльным прилавком, и только парочка велотуристов отдыхала в тени на крыльце. Судя по говору, были они немцами, и за 10 дней пути это были первые велотуристы, встреченные мной на Аляске. Никакого интереса ко мне они не проявили, выглядели крайне измученными и озадаченными, даже не поздоровались в ответ на мое приветствие, как это принято у велопутешественников во всем мире.

К шести вечера жара так и не спала и продолжала раскалять асфальт. Только ближе к девятому часу, когда солнце скрылось в дымке, немного отпустило. К этому времени я как раз доехала до очередного государственного условно-бесплатного кемпинга посреди болот и дикой природы. Еще за несколько километров до этого кемпинга стало попадаться много живописных болот, но именно поэтому палатку так просто не поставишь куда попало. Вот какое-то среднего размера животное испугалось меня и с разбегу плюхнулось в болото у обочины. Может быть выдра или бобер.

Живописное болото
В кемпинге Sourdough Creek

Кемпинг тоже расположился на болоте. Оно начиналось сразу за местом для палатки. По правде сказать, палатку предусматривается ставить на большой кочке. Вокруг летают полчища комаров – впервые вижу такое количество. Зато рядом совсем нет машин и никто (кроме комаров, разумеется) не мешает проводить вечер в уединении.

4 июля 2018. День 11   

Со вчерашнего дня рельеф пошел на повышение, я приближаюсь к Аляскинскому хребту. После того самого перекрестка я набрала 200 метров высоты и ночевала на 600 метрах. Сегодня набор высоты продолжился – весь день я медленно ползла вверх. Живописные болота продолжали радовать глаз. С погодой тоже все было в полном порядке. Вот только когда я выехала из кемпинга, на меня набросилась кучка слепней. Педали вверх крутятся медленно, и они успевали пить из меня кровь прямо на ходу. Вот и долгожданный спуск, как же я его ждала! Решила проверить, на какой скорости слепни от меня отстанут. 15, 20 км/час – хоть бы что. Только больше 20 смогла наконец от них оторваться, резво летают, сволочи.

Еще одно живописное болото

Только я оторвалась от слепней, как широкий отбойник трассы закончился. Мимо проносились бензовозы, целые автопоезда! Многие старались объезжать, но некоторые притирались вплотную, считая что это их дорога, доставляя мне немало хлопот. И вот еще одна новая напасть – комары. Южнее их в таком количестве не было, и вот тут появились. Я подумала, что теперь они будут сопровождать меня непрерывно до самого Дэдхорса, что я пересекла эту невидимую «комариную черту» и уже настроилась на худшее. Есть такой стереотип, что чем севернее, тем комаров больше, а в Арктике их совсем легионы. Едешь медленно, пыхтишь, а они тебя грызут. Ну хоть эти твари не такие проворные, как слепни, отстают уже на скорости выше 15 км/час. Но как ехать быстро, если все время в гору? Обычный репеллент DEET помогает, но всего на пару часов. Решила, что сегодня пришло время тяжелой артиллерии – перметрина, бутылка которого скучала все это время в сумке.

Все выше и выше…
Впереди показался Аляскинский хребет

Не прошло и двух дней, как на горизонте показались новые горы, на этот раз Аляскинский хребет. Долгие десятки километров не было ничего, и вот на берегу озера возник дом. Мейерс построил этот роадхаус в 1906 году, и с тех пор он дает ночлег и еду всем путникам, идущим или едущим по тропе из Валдеза в Фэрбенкс. Всем искателям золота и приключений. Внутри небольшой музей о быте индейских семей, некогда живших в окрестностях. Атабаски тут все еще живут, но их почти не видно и не слышно, лишь изредка в лицах стариков можно усмотреть что-то индейское.

100 лет назад он выглядел немного по-другому

Музей внутри роадхауса

На улице еще жарко, беру мороженое и холодную колу в алюминиевых банках, 4 штуки.

— Неужели ты все это выпьешь сразу?
— Конечно нет! Возьму про запас.

Хозяйка, наливая мне воду в бурдюк, спрашивает, не хочу ли я прокатиться на машине. Ведь до национального парка Денали здесь всего 4 часа. Я немного удивилась такому предложению и поняла, насколько разные у нас в сознании представления об оптимальном способе путешествия и временные шкалы измерения дороги. Для меня до заповедника еще как минимум три дня пути. И я не хочу, чтобы машина украла из моей неспешной жизни эти три дня. Вежливо отказываюсь, снова DEET и в путь!

Горы на самом деле еще далеко, этот кадр снят с большим приближением

На этот раз на меня набрасываются дикие кусачие мошки. Какое разнообразие фауны на Аляске и всего за один день! Так и еду наперегонки с мошками до самого озера Пэксон (Paxson). Озеро большое и вытянувшееся на несколько километров. Такая красота! Еще утром я подумывала поставить палатку в государственном кемпинге на берегу. Но еще 5 вечера, а я уже до этого кемпинга доехала. Да и расположен он как-то неудобно, надо 3 километра спускаться вниз по крутому склону — это крутить лишние 6 километров. Подумала, что найду свободное место на берегу дальше, где дорога подходит ближе к берегу. Но в реальности поставить палатку дальше оказалось абсолютно негде. Берег крутой до самой воды, заросший кустами, местами сыро и заболочено, только отходишь с дороги к берегу – тьма комаров набрасывается. А самые лучшие полянки как всегда заняты домами. Частная территория – no trespassing. А хозяева этих домов, видимо, ревностно относятся к нарушителям частного покоя: съезды к домам загорожены у всех чем попало. У кого использованными газовыми баллонами, наполовину вкопанными в землю, у кого просто многотонной цепью, а кто-то разорился на железный шлагбаум. Вот и озеро закончилось, так я и доехала до самого Пэксона. Ну все, здесь и надо ночевать, дальше ехать смысла нет. Это начало дороги Denali Highway, которая сразу же забирает еще выше на перевал.

Озеро Пэксон
Вокруг озера все заболочено

Пэксон – местечко депрессивное. На перекрестке с Denali Highway стоит заброшенная гостиница. Окна выбиты, обветшалый фасад, а по крыльцу скачут огромные вороны, как в триллере. И вокруг нет никого, даже машин. Чуть дальше стоит знак гостиницы и написано «Cabins». Съездила на разведку – домики для любителей рыбалки, не моя тема. Но хозяин тем не менее подсказал, где обычно тут ночуют бомж-туристы палаточники. Езжай, говорит, за мост, там на берегу реки отличное место и комаров почти нет. Место действительно оказалось неплохое, даже кто-то сложил кострище из камней. От комаров спряталась в палатку, ужин тоже впервые готовила в тамбуре. Совсем расслабилась и потеряла бдительность, что сумку с едой тоже затащила в палатку. А потом часа два не могла уснуть, все боялась, что медведь какой припрется на запах. Ведь нельзя же так оставлять. Наконец успокоила себя, что нет тут никаких медведей на открытом месте между рекой, мостом и рядом с дорогой.

5 июля 2018. День 12

Уже не в первый раз ночью идет дождь, а к утру проясняется, становится тепло и ясно. Но это утро пасмурное, погода кажется меняется к дождю. Но пока не закапало, решила устроить утро перметрина: пропитала две джерси, велошорты и штаны. Хотела еще и кофту пропитать с запасными штанами, но перметрина уже не хватило. Над гортексом тоже пока не стала ставить эксперимент, хотя и написано, что безопасно для мембранных тканей. Посмотрим, каков будет эффект. Если комары грызть будут меньше, то в Фэрбенксе куплю еще одну бутылку и обработаю остальное. А пока завтракаю, одежда сушится – совсем она стала мокрая, как после стирки. Был немного специфический запах вначале, а когда высохло, то и запах пропал.

Продолжение >

Реклама

Аляскинская одиссея. 6 Путь к золоту: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s