One Way Norway: велопутешествие из Линдеснеса на Нордкап

Большое путешествие этого лета я решила совершить по Норвегии. Меня всегда привлекали севера своей природой, суровым климатом, спокойными людьми и тихими малолюдными уголками. Может быть оттого, что сама я родилась на севере и в моих жилах течет новгородская кровь, а возможно и кровь самих викингов. И чем больше я путешествую, чем больше езжу по миру на велосипеде, тем меньше мне нравится крутить педали по жаре. Это намного сильнее утомляет и испытывает, чем ночевка в заснеженных горах или пробирающий до косточек ветер. Витя, напротив, поклонник южной культуры и тепла, на этот раз согласился, что в аномально жаркое лето лучше ехать на север, да и он тоже хотел проникнуться очарованием какой-нибудь северной страны. Мы долго выбирали между Исландией и Норвегией, и в конце концов мимоходом произнесенная фраза Вити «Если честно, Норвегия меня притягивает больше» окончательно все решила. А уж если замахиваться — то только на большое!

Предисловие

Составление маршрута я сразу взяла на себя. Посидела пару дней, покумекала и выдала ссылку на примерный маршрут: «Все, мы едем из Линдеснеса на Нордкап — от самой южной до самой северной точки Норвегии! Ну или наоборот с севера на юг.» Витя покрутил карту:
— Три с половиной тысячи километров??? Сколько же мы все это будем ехать?
— Ну… полтора месяца. Месяц отпуска и две недели за свой счет, больше я взять не смогу.
— Это слишком большой километраж! Мы не успеем все это проехать. Ты понимаешь, что там горы? Какой набор высоты, ты посмотрела?
— Ну, три с половиной — это еще и включая всякие паромы, а вообще будет меньше… Я же проехала 2000 за месяц! — оправдывалась я. Ага, по Голландии.

От Вити (в основном выдержки из путевого дневника, здесь и далее по ходу рассказа буду выделять синим):
Признаюсь, если бы у меня не было опыта поездок с Таней, и она предложила мне совершить такой велопоход по Норвегии, я бы, наверное, не согласился, предпочтя более скромные цели. Но за плечами у нас уже был десяток коротких и чуть более продолжительных велопоходов, психологический опыт взаимодействия в кризисных ситуациях, благодаря которому я знал, что Таня человек крайне неординарный, упорный и мыслящий иначе, чем я. Поэтому я ни секунды не сомневался в том, что план покорения Норвегии в такие сроки имеет право на жизнь. Хотя смущал нехилый набор высоты, горы, совмещение педалирования с постоянным форсированием фьордов и слишком большое количество «авось проедем или переплывем». Смущала нехватка денег, неопределенность с работой и прочие нервности. Но была и мечта. И, наверное, была всегда. Если что-то и делает человека путешественником, то уж точно не излишний рационализм и поиск комфорта. Посему было решено – мы сможем!

Таня стала ангелом-вдохновителем путешествия. Ее любовь к Скандинавии, тяга к горам и морю, энергия и решимость как двигатель внутреннего сгорания тянули нас вперед и только вперед. И я частенько с искренним смирением ощущал себя не гордым покорителем Северов, а лишь скромным каюром, сотрудником экспедиции великой путешественницы. Одним словом, распределение обязанностей у нас получилось традиционным для нашего тандема: Таня — штурман, фотограф и летописец, я — завхоз, повар и механик. Мы начали готовиться к старту.

Сокращать в маршруте было особо нечего, страна по прямой-то имеет протяженность 1700 км, а самым коротким путем по трассам не менее 2500 км. Но по трассам ехать не хотелось, конечно нужно было исследовать и туристические маршруты, и в горы залезть, и в самую глубь страны. Сперва мое упрямство и нелюбовь к глубокой проработке маршрутов победил разум (и витина скрупулезность, доходящая порою до занудства). Принялась за работу дальше. Никогда еще так долго не сидела над маршрутом перед путешествием. Я перерыла весь интернет, затерла до дыр сайты начиная от официального с классной картой всех достопримечательностей и описанием туристических маршрутов, заканчивая велосипедной картой тоннелей Норвегии, сайтами паромных компаний и специализированными страницами для историков и археологов. Пролезла, казалось бы, все. Каждый день я вглядывалась в карту, что-то в ней меняла, знала стоимость проезда и расписание каждого парома, каждую мелкую достопримечательность, по каким тоннелям можно ехать на велике, а по каким нет и есть ли объезд, и даже погоду, розу ветров и время рассвета и заката в регионах. В результате маршрут сократился километров на 200, но все еще грызли сомнения, возможно ли все это проехать за такое время. В конце концов виртуально путешествовать нам обоим надоело, от одного взгляда на гугл мапс меня уже просто тошнило, хотелось скорее сесть в седло и оказаться на дороге. Здесь и сейчас. Плевать на все, главное ехать, а дорога сама расставит все на свои места, все знать нельзя. Ехать же решили с юга на север. Во-первых, достопримечательности сконцентрированы в южной и центральной части страны, на севере смотреть особо нечего — можно будет просто медитативно крутить или даже пропускать какие-то куски, если не будем успевать. Да и глаз уже замылится к тому времени, а не хотелось бы чтобы он замылился на самом интересном. Во-вторых, есть какая-то романтика в покорении именно севера, Арктики, это еще из детских книжек про Амундсена и советских полярников. Климатические условия будут все ухудшаться, нас будет нагонять осень, дожди и ветра, день будет становиться короче. Но в этом же и есть элемент приключения. Ура, мы едем на Нордкап!

Честно говоря, когда мы планировали маршрут, виртуально отслеживая его на карте, почему-то беспокоило больше всего направление ветра. Я представлял себе, что в Норвегии нас будет сносить эдаким северным жгучим ветерком. Этот момент активно обсуждался, когда мы решали, ехать ли с севера на юг, или с юга на север. Решили с юга на север, из лета в осень. Все, кто знал о нашем плане, весьма негативно отозвались об этом решении – мол, глупцы, вместо того, чтобы ехать за теплом, убегают от него. Но решение оказалось правильным. И ветер – одним из самых некритичных факторов. Мы успели посмотреть туристические места на юге страны, что было бы невозможно, если бы мы двигались с севера на юг – музеи и прочие культурные учреждения в Норвегии весьма привязаны к сезону и попросту закрываются в конце августа. Горы, которых мы так боялись, конечно, потребовали миллиардов сожжённых калорий и исчезнувших в топке организма вкусняшек. Забегая вперед, скажу, что по прокачивании задних конечностей, мы уже бодренько брали двухсотметровые перевалы, не вылезая из седел, что было нонсенсом в первые дни пути. А вот дождь… Расчет на хваленые ПИКовские велобахилы себя не оправдал, увы. То, что оставалось во мне сухим от дождя, вбирало в себя литры конденсированной влаги моего тела. Тонны воды, лившиеся с викингских низких небес, струившиеся в водопадах, плескавшиеся в океане, морях и фьордах снятся мне до сих пор. Норвегия, как огромный мокрый рыхлый гриб, вобрала в себя столько дождя, сколько, пожалуй, мы не видали в жизни. Морально мы были готовы к непогоде, но дождик оказался одним из главных факторов, тормозивших наше передвижение.

Итак, все было готово к отправлению в экспедицию, оставалась только одна животрепещущая проблема: кот. Мы обзвонили всех друзей и знакомых, но никто ни хотел брать малыша Ричи на полтора месяца. Оставался последний и крайне нежелательный вариант — Крам. Крам курит в хате, держит единственное окно открытым и не очень-то цацкается с животинкой. Хипповый образ жизни. Я боялась, что смотреть он за ним не будет, и Ричи со своей любовью к окнам рано или поздно ускользнет в форточку и сгинет в джунглях мегаполиса. Он же еще котенок и совсем домашний. За день до отъезда мне было так жалко кису, что я даже расплакалась — жутко не хотелось отдавать его Краму. Я тискала Ричи и надеялась на чудо, что в последний момент объявится ответственный знакомый и позаботится о сером. Но чуда не произошло. Закупив огромный мешок корма, мы отправили кота в «санаторий дядюшки Крама». Ричи не хотел уезжать и прятался под диваном, откуда Витя с Крамом выскребали кота полчаса. С «дядюшкой» даже провели серьезную воспитательную беседу на тему окон, на что Андрюха даже обиделся: «Сестрёнка, да ты мне не доверяешь! Все будет окей, не боись!» Кот уехал, а у меня осталось такое чувство, что видела я его в последний раз.

В Осло полетели через Ригу авиакомпанией Air Baltic. Компания совершенно не байкер-френдли, больше с великом ни разу ей не полечу. Мало того, что мы заплатили заранее за весь багаж, включая велики, так нас заставили платить за него еще раз! На двоих было оплачено три багажа: два велосипеда, внутрь которых мы еще умудрились напихать одежду, еду и всякую снарягу (раз лимит 20 на каждый элемент, то и нужно использовать по максимуму), и одна большая сумка с четырьмя ортлибами. К упаковке багажа подошли скрупулезно, ведь мы везли с собой 10 кг продуктов, и важно было все это аккуратно растолкать без перевеса. Но подвох заключался совсем не в перевесе. В билете было указано, что рейс Москва-Рига выполняется авиакомпанией Аэрофлот (кодшеринг) и сделана пометка о каких-то «особых условиях провоза багажа». Я заранее позвонила сначала в Ригу, а потом в Аэрофлот, чтобы прояснить этот вопрос. В Эир Балтик меня отослали в Аэрофлот, так как «рейс выполняется этой компанией». В Аэрофлоте сказали: «Если вы уже заплатили за багаж в Эир Балтик, просто принесите распечатку квитанции, где указано, что багаж оплачен, и всё». Хрен там всё! Условия провоза багажа в Аэрофлоте другие: 1 элемент на каждого пассажира провозится бесплатно, за остальное — плати. А у нас три багажа на двоих! То есть за один «лишний» с нас требовали еще 50 евро по аэрофлотовским условиям.
— Но весь багаж оплачен до Осло! — подсовывала я распечатку от Эир Балтик.
— Я не могу принять ваш багаж, пока вы его не оплатите. Понимаете, система не позволяет.
Пришлось заплатить еще 50 евро, чтобы улететь этим рейсом. Нафиг такой откровенно грабительский кодшеринг!

Норвегия – страна дорогая. Цены на продукты в ней в три-пять раз выше, чем в Москве! Посему одним из опасений был страх костлявой руки голодной смерти. Решаю, что этот поход – прекрасный повод похудеть. Таня тщательно меня готовила морально к этому шагу, с завидной регулярностью что называется, ласково аж до мордобоя подчёркивая мою жирность и пузатость. Я дико психовал, обижался, отбивался, но – делать нечего. С тихой есенинской грустью я углубился в литературу по организации питания в туристическом походе. И мы с Таней отправились закупать вкусняшки в магазин. В результате – 10 килограмм продуктов, которые влезли в самолет. Ядром меню стала пшенка, гречка и манная каша, которую мы варили на сухом молоке. Кстати, идея взять манку была таниной, я скептично отнесся к манке, а зря – не раз она становилась глотком бодрости в утренней дождливой горной стране троллей. Отметим к тому же, что некоторое количество денежных средств захваченные с собой продукты нам, безусловно, сэкономили.

И вот – упаковка велосипедов в аэропорту, распихивание вещей по сумкам и карманам. Бутылка с пшенкой была изобретательно прикреплена скотчем прямо к раме велосипеда. Подтаскиваю два замотанных с пленку и картон байка к транспортеру негабаритного багажа. «А что в бутылке?» — спрашивает у меня женщина аз пультом. «Пшенка» — флегматично отвечаю я, и получаю в ответ сочувственно-понимающий взгляд русского человека. Знать бы, что с этого момента вид пшенки будет вызывать недоумение и даже трепет, смешанный с кулинарным любопытством у немецких и норвежских кемперов, видящих, как я лихо варю пшенную кашу с грибами. Эх, прощай, Россия…

2 августа 2014 г.

И вот я сижу в аэропорту в Осло. Очень немноголюдно после Москвы. Однако в туалете куча шотландцев в килтах. Странная архитектура и дизайн интерьеров: множество эскалаторов, какие-то тупики, стекло и деревянные панели. Находим укромный уголок, ставим байки на тележке, расстилаем спальник. Засыпаем сладким сном. Ложась, бросаю взгляд на часы. Разница с Москвой — 2 часа. Наш поезд ровно в 7. Значит, встать нам нужно в 6. Спать, соответственно, 5,5 часов. Отрубаюсь сразу. Милая будит меня рыком и тычками всего один раз: «Ты храпишь». Снова проваливаюсь в сон. Неожиданно начинает звонить будильник, возвращая меня к жизни из ямы сна. Быстро собираемся, сворачиваем спальник, закидываем вещи обратно на тележки. Нашей слаженности и оперативности позавидовал бы спецназ любой страны. За минуту докатываем тележки с сумками и упакованными велосипедами до лифта, ведущего на платформу 4. Вокруг — мрачное норвежское нечто, похожее на склад Икеи. И вдруг Таня хриплым голосом говорит: «Какого хрена еще 4.30?». Выясняется, что она поставила будильник по московскому времени. Чтобы загладить вину, Таня покупает кофе. Спать уже не хочется, и мы смотрим по интернету, благо вай фай здесь бесплатен и хорош, передачу «Орел или решка».

Парень из передачи пытался выжить в Алесунде, имея 100 долларов в кармане. Сразу представили на его месте себя, воображение рисовало картины, как покупаем дождевики в секонд хенде, ловим рыбу на краденую удочку и тырим сахар и чай на автозаправках. Надо экономить. С этой мыслью и отправились в неизведанную Норвегию.

Так непривычно было попасть из 30-тиградусной московской жары и засухи в 18 градусов в Осло. Пока ждали поезда на платформе Oslo Lufthavn, даже замерзли с непривычки. Небо было затянуто тучами. Ну все, привет, севера! Надевай пуховики! Я сразу вспомнила, как вернулась из Норвегии в 2008-ом году с температурой и пневмонией — продуло на фьордах — и пугала этой историей впечатлительного Витю. Если сейчас такая погода, то что нас ждет на Нордкапе? Снежная буря и встречный ветер, и мы такие зубами цепляясь за асфальт пробираемся по белой слякоти к заполярному мысу. Хаха!

Когда мы добрались до центрального вокзала Oslo S, пошел дождь. Я отправилась в город за газовым баллоном, едой и норвежской симкой, а Витя остался с вещами на вокзале. В субботу утром в Осло не так-то просто купить что-либо. Большинство магазинов открывается в 10 утра, а ждать до 10-ти не было возможности, наш поезд на юг уходил раньше. Тем не менее квест с баллоном и едой был выполнен, а симку решили пока не покупать ввиду мутности и дороговизны тарифов, да и сомнительности ее необходимости. Мы сами по себе, друзей у нас тут нет, каучсерфингом решили не пользоваться для экономии времени, так что звонить особо некому. Подошел наш региональный поезд, идущий в Ставангер. В билете было указано, что в поезде есть веловагон, куда и следовало грузить байки. В реальности веловагона не оказалось, и кондуктор велел приткнуть их в вагоне-ресторане в каком-то закутке для хранения продуктов. Билет на байки мы заранее не покупали, прочитав где-то на сайте NSB, что если велики упакованы, то едут как обычный багаж бесплатно. Впрочем, уверенности в этом на 100% не было, но рискнуть провести их так стоило. И тут очередной облом. Подошел кондуктор и «обрадовал» известием, что за провоз двух велосипедов мы должны заплатить 411 крон (около 2500 рублей), то есть каждый байк стоил больше половины стоимости билета. Я спросила, а разве не бесплатно они едут, если упакованные? Кондуктор сказал, что нет, спросил, куда мы едем, что-то долго искал в своем аппарате и наконец предложил заплатить за велики как за одного ребенка — 370 крон. Видать, пожалел бедных велотуристов. Несмотря на лояльность кондуктора, обдиралово за провоз великов сначала в самолете, а потом в поезде меня расстроило, и до самого Марнардала я ехала грустная. Впрочем, ближе к Марнардалу я отыскала целых два повода для радости. Первый — по ходу поезда погода прояснялась, дожди сменились солнышком, мы ехали на юг. И второй — впереди ждали приключения!

Я сижу на вокзале и жду Таню. Напротив меня крепкий норг лет 55 с велосипедом Diamant. У байка жутко ржавая рыжая цепь, а так совершенно ашанитстый велосипед. Норвежец в клетчатой рубахе шортах и лаковых ботиках на шнуровке. Седая бородка, лысина. Похож на спившегося и обрюзгшего Хемингуэя. К нему подсаживается престарелый дед, по-провинциальному одетый. Оживленно о чем-то разговаривают. Cмеются с человека, который со спокойствием робота извлекает из мусорки банку из-под чего-то. Вспоминаю, что читал о сдаче тары в Норвее. Одна бутылка вроде крону стоит, нужно только найти где сдавать. Сзади на сиденье спиной ко мне садятся две молодые кореянки, громко лопочут по-своему, напевают попсовую песенку на корейском. Возвращается Таня. Она купила компрессионные мешки для одежды, немного еды: хлеб, колбасу, рыбные консервы, икру мойвы в тюбике. Все самое дешевое — социальная марка «First price», но в сравнении с Москвой все равно довольно дорогое. Всю дорогу Таня грузится из-за денег, ушедших в первый же день пребывания в Норвегии. Выходит ужасная сумма тысяч в 10. Настраиваемся на экономию и позитив, но все равно как-то задумчиво. Ничего, это все нервы. Поезд везет нас на юго-запад. Места становятся лесистыми и дикими. Населенных пунктов мало, в основном это отдельно стоящие дома в живописных местах, которые норвежцы могут свободно строить согласно закону. Увидал красивое местечко — застолбил и построил себе там дом.

В Кристиансанде поезд меняет направление, это тупиковая станция. Дальше он едет на запад, в Ставангер, в другом направлении. Кондуктор проходит и разворачивает кресла на 180 градусов, чтобы все пассажиры сидели по ходу движения. Поезд останавливается на каких-то полустанках казалось бы посреди леса, где никто и не живет. Приглядишься — ан нет, вон три дома стоит, и пассажиры как ни странно откуда-то появляются. На первый взгляд кажется, что норвежцы живут в глухих лесах и горах как хоббиты и гномы, вылезают из своих жилищ, чтобы сесть на поезд и поехать в гости к своим друзьям хоббитам и гномам, живущим в таких же надежно спрятанных в лесах хижинах.

Выходим в Марнардале. Это тоже небольшая деревня, но и тут выходят пассажиры, всех их увозят встречающие еще до того, как мы выгрузили свои вещи на платформу. На вид вещей слишком много, хотя казалось бы ничего лишнего не брали, обсуждали каждые 100 грамм, пока не уверились, что везем только самое необходимое. Встает вопрос, как утрамбовать 10 кг еды и кучу теплой одежды.

И как мы поедем со всем этим барахлом?

Два килограмма пшенки и столько же гречки призваны помочь нам выжить в этой стране…

Тем не менее, удалось упаковать одежду в гермомешки, а все остальное распихать по ортлибам. После того, как все было навьючено на багажник, я подумала, что это самый объемный и тяжелый байк за всю мою историю велопутешествий. И мне предстоит проехать с этим по горам больше трех тысяч километров! Однако ж, как только мы стартовали и проехали первые километров 5, багаж уже не так сильно волновал. Ехалось как-то легко и спокойно, пейзажи и погода радовали глаз.

— Так, до Линдеснеса 55 километров, сейчас мы быстренько доедем до мыса, там где-нибудь заночуем и завтра пойдем смотреть маяк! — оптимистично начала я.
— Таня, уже 7 вечера, какие 55 километров??? Мы проедем от силы 15 и надо будет уже искать место для лагеря.

Витя был прав. Мы проехали 17 в направлении Линдеснеса, когда начался подъем вверх на 200 метров. «200 метров — ну фигня!» — думала я. Однако этот первый подъемчик выжал все силы, мы шли пешком, тащили свои непривычно навьюченные байки. Стало смеркаться. И на этом маленьком подъеме все плоские места были заняты домами. Полянки тут явно в дефиците. Наконец палатку поставили на лужайке возле какого-то дома. Земля ухоженная и явно частная, но в Норвегии, как и в Швеции, можно ставить палатку в любом месте. «Закон короля!» — раза три повторил Витя, чтобы убедить себя да и меня в том, что сейчас не приедет полиция. В самую первую ночь мы стремались пользоваться этим выгодным туристам-палаточникам правом. Полиция не приехала, да и никто живой так и не объявился. Похоже, закон действительно работает.

3 августа 2014 г.

Под утро зарядили кратковременные дожди, а как только мы позавтракали и упаковали все, кроме палатки, началась гроза. Очень хотелось ехать, но дождь все не кончался. Хорошенькое начало поездки. Пришлось сидеть в палатке и валять дурака, воспитывать смирение. Час, другой, третий… Вот был бы эпический провал, если бы дождь не кончился никогда и мы не доехали не то что до Нордкапа, а даже до Линдеснеса! Уехали с полянки только в полдень. Ну слава богу.

Витёк усиленно проявляет смирение

Вскоре за подъемом мы увидели озеро, на берегу стояла табличка «Питьевая вода». Я сперва подумала, что рядом родник или какое-то специальное место с краником для туристов, как это обычно бывает в европах, пока не осознала, что воду предлагалось пить прямо из озера.

Мы не верили своим глазам: неужели на земле еще остались такие места, где из стоячих водоемов можно пить воду? Это было для нас, испорченных Москвой, шоком. Но вода в озере была чистейшая, так что видно было дно, она не имела ни цвета, ни запаха, ни осадка и была очень даже вкусна. Такое я вижу первый раз в жизни. Озеро ледниковое, как и большинство озер в Норвегии. Во всех своих путешествиях (пожалуй, кроме отдаленных уголков Урала) я в основном покупала воду в супермаркетах, и было так непривычно осознавать, что уж питьевой воды в Норвегии навалом и все задарма.

В Вигеланде появился указатель на веломаршрут Евровело EV12 «Вдоль Северного моря» и памятник мужику, свирепо бросающему ребенка. Суровые у них тут нравы, подумали мы.

Почему-то я была уверена, что норвежский юг достаточно плоский, и уж тут-то мы сможем проезжать не меньше 70 км в день. «Самое сложное впереди — в Гейрангере! А тут должно быть халява», — говорила я Вите. Даже в том, что сам полуостров Линдеснес плоский, я тоже ничуть не сомневалась. Но все оказалось хуже и интереснее: сплошные горки и скалы! Не успеваешь крутить педали, только втащишься пешком на очередной подъем в 200 метров, как за ним снова спуск. Говорят, такая «стиральная доска» выматывает велосипедистов гораздо больше тягунов и высоких перевалов.

Так мы «постирали» себя до самого южного мыса Норвегии. Добрались только к вечеру, не проехав и 50-ти. На маяке совсем распогодилось. Вход на маяк стоит 70 крон, но парень на кассе, узнав, что едем мы до самого Нордкапа на велосипедах, выписал бесплатный билет. И еще сказал, что в кафе дают бесплатный кофе. Витя на радостях от такой внезапно свалившейся халявы решил сразу заглянуть в кафе и цепануть кофе, но я его остановила: сначала посмотрим маяк, а потом кофе. Обиделся и ходил по маяку надутый.

Только-только добрались до официального начала, а уже отстали от графика на день. Хотя к черту этот график, ведь главное путешествие началось!

Маяк Линдеснес — красивое место. Рядом остатки старого маяка 18 века и батарея, построенная нацистами. Есть небольшая экспозиция музейчика, посвященного гибели у маяка в 1942 г. немецкого грузового транспорта «Карпатия», который перевозил более 2 тысяч русских военнопленных. Приятная традиция — всем поcетителям в кафе предлагается огромный стакан довольно неплохого кофе плюс дивный пряник в форме маяка. Тырим бесплатный чай и сахар и едем устраиваться на ночлег.

Мы старались оставлять записи в книгах для гостей в разных местах по всей стране. Вот это самая первая.

Интересно читать эти тетрадки — чего только не напишут и даже нарисуют

Все только начинается!

Продолжение >

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s