Одиночество в Бленхейме

10 сентября 2010 г.

Погода в Оксфордшире к утру не поменялась. Похоже, что дождь капал всю ночь, а еще было несколько ветрено. Посреди ночи я проснулась от ощущения, будто «дом наш накрыло водой» и «над нами километры воды». Все оказалось в лучших традициях туризма: ветром вырвало один колышек, который держал крышу, и меня накрыло мокрой палаткой преимущественно в районе ног. Пришлось вылезать, ставить все обратно в разбитом полусонном состоянии. Наверное, это сыграло решающую роль и поставило жирную точку в настроении сегодняшнего дня. Я пала духом. Меня охватила такая вселенская тоска и чувство одиночества, что хотелось поговорить хоть с кем-то знакомым. Поэтому с утра я побеседовала с игрушечным ежиком, который путешествует в рюкзаке и служит одновременно попутчиком и амортизатором для фотоаппарата. Нет, я не скучала по дому или работе, мне вообще не хотелось обратно. Но определенно хотелось, чтобы сейчас здесь материализовался кто-нибудь из моих друзей. А еще лучше все вместе. Я налила бы им чаю, мы бы собрались и поехали вместе в Вудсток.

Пенсионеры, менеджеры (а возможно и владельцы) кемпинга, сказали, что я первая русская туристка, которая останавливалась у них в Чиппин Нортоне. Ну видимо не заносило соотечественников в такую тьмутаракань. Хромой дедушка предложил вступить в ряды британских кемперов и стать членом английского кемперского клуба, чтобы получать хорошую скидку во всех кемпингах в Англии. Я не сопротивлялась.

Накопленная усталость и настроение не способствовали кручению педалей, ведь я не делала остановок в педалировании со времен Ливерпуля. Моя тактика заключалась в том, чтобы ехать каждый день. Пусть и по 50 км, но ехать. И этот план стал давать слабину. Интуиция подсказывает, что надо делать дневной перерыв. Тем более время позволяет. Я перешла в режим свободного полета, оторвалась от каучсерфинга и какого-либо серьезного графика. От Оксфорда до Лондона один день интенсивного вкручивания, а у меня еще 6 дней в запасе. Возможно, откроется второе дыхание и я обойдусь без перерыва. Но этого перерыва не исключаю. Вопрос пока повис в воздухе.

За всеми этими размышлениями я доехала до Вудстока. Слово «Вудсток» у меня всегда ассоциировалось с хипстерским фестивалем 69 года. Но это не фестиваль, а город. И даже страна другая.

Тут же я приметила местный клуб для социализации тех, кому за, и решила было уже его посетить, чтобы скрасить свое одиночество за танцем с местным пенсионером или партией бильярда. Но на сегодня никаких значимых событий не намечалось. Опять не свезло.

Основная достопримечательность в Вудстоке — Бленхеймский дворец, имение династии Черчиллей. В нем, как известно, родился сам Уинстон. Дворцы я не очень люблю и в них обычно не хожу, потому что ничего в них не понимаю. Но очень люблю парки при этих самых дворцах. А в британских парках при дворцах я больше всего люблю лабиринты. Будь у меня куча времени, я бы устроила велотур по лабиринтам. Возможно, заеду еще в один в Лонглите, если успею.

Билетер, глядя на мою толстовку Stanford University, сказал: «Я возьму с вас как со студентки, верно?». «Верно!», — ответила я. Уже в который раз эта толстовка спасает меня от полноценной платы за вход куда-либо, а также от ветра и холода.

В парке было тихо, слонялись редкие одиночные туристы, школьники возвращались с урока физкультуры…

Паровоз отвез меня к бабочкам и лабиринту.

Затем была скучная выставка садового инвентаря и каких-то инкубаторов.

Вся эта выхолощенная красота не спасала меня от сдавленности в груди, вызванной тоской и накрывшим одиночеством. И даже лабиринт, в котором никого не было, только усугублял ситуацию. Я вспоминала, как однажды с Джоном мы битый час искали выход из лабиринта в парке Сконе в Перте. А потом наконец вышли на мостик и, глядя сверху, обнаружили трех старушек, бродивших там дольше нашего. Вот это было весело! Тогда нам и Garmin не помог. Эти лабиринты будут актуальны всегда, ведь даже современные технологии в виде GPS не решают проблемы поиска выхода. Разве что не станут выпускать карты лабиринтов для навигаторов.

Я волочилась по парку, рассматривала фонтаны и серые одинокие скульптуры с грустным взглядом, вспоминала о Петергофе.

Телефон мой окончательно умер, на последнем издыхании был и ноутбук, теперь я осталась совершенно оторванной от внешнего мира.

В 5 я наконец вскочила в седло и поехала в Оксфорд. На велодорожке вдоль A44 навстречу попалось столько велосипедистов, сколько не встречалось во всей Британии за все дни, сколько еду. Ну что ж, Оксфорд — город студенческий, логично самый велосипедный. Но я не подозревала, что настолько! Тут все живут на велосипедах: от детей и студентов до стареньких профессоров. Зеленой полосой выделена велодорожка на проезжей части, чего в других местах не попадалось. Не надо делиться с автобусами. Отрадно. Я наконец-то почувствовала себя в своей тарелке, а не какой-то сумасшедшей, и довольная влилась в этот непрекращающийся велотраффик. Апофеозом был огромный велосипед, нарисованный краской в величину всей проезжей части на одной из крупных улиц. Значит, велосипедисты могут ехать по всей проезжей части и имеют преимущество перед авто.

По дороге зашла в туристический магазин и прикупила жидкости, которой якобы надо промазывать швы у палатки, чтобы она приобрела герметичность. Эти мокрые ночи мне уже окончательно надоели. Сегодня будем испытывать сей бюджетный вариант. Остановилась в кемпинге в Оксфорде, здесь какой-то жуткий ажиотаж, палатку некуда приткнуть.

Пройдено за день: 42 км

Продолжение >

Реклама

Одиночество в Бленхейме: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s