О реальных производствах и экономике труда. Часть 1: шахта

29 августа 2010 г. 

Проснулась сегодня поздно. Когда спустилась вниз из гостевой комнаты на втором этаже, Джон сидел и смотрел по ящику Формулу-1. Гонку выиграл британец. Русский Петров тоже участвовал, но никого не обогнал, а я так за него болела. Сегодня должен был быть мой последний день в Шотландии. Завтра — понедельник, и я планировала крутить педали дальше, в Англию. Но выяснилось, что завтра bank holiday — последний понедельник августа, выходной. И Джон уговорил меня остаться еще на один день. Кроме того, он признался, что понял весь кайф кемпинга: сон в мягкой и теплой постели после мокрой и холодной палатки — и начинаешь ценить блага цивилизации, которые раньше воспринимались как нечто само собой разумеющееся.

Чем заняться в 2 предстоящих дня определилось быстро. Я призналась, что люблю экскурсии по реальным производствам. А что такого уникального производят в Шотландии? Виски, конечно. На спиртзавод (тут это называется distillery, не знаю, как лучше перевести) решили ехать завтра. Джон почесал голову и сказал, что недалеко еще есть шахты, где добывают золото и свинец. Большинство уже выработали и закрыли, есть одна действующая (на которой работает его сосед водителем огромного самосвала) и шахта-музей. Шахта казалась любопытной перспективой.

С погодой везло всю неделю, за исключением той ночи на севере. Ясная погода несколько дней подряд как-то нетипична для Шотландии. Пока ехали в Leadhills на шахту, по Radio Scotland в новостях все время говорили про Россию. Стоило Джону опять пошутить на тему того, что я агент КГБ и меня снабжают новостями с родины через местное радио, и переключить на Radio Gaelic, как там заиграла тема из фильма про Бонда «From Russia with love».

Действующие шахты, конечно, закрыты для посещения агентами КГБ. В этом смысле я провалила миссию. Зато удалось сходить в музей, что тоже представляет собой шахту, только законсервированную.

«Мы отмечаем юбилей шахты: 300 лет со дня открытия, поэтому все работники музея одеты как шахтеры 18-го века», — когда этот дедушка-экскурсовод заговорил, я сперва подумала, что мне нужен переводчик на нормальный английский. Но постепенно я стала его понимать процентов на 70.

Работа на шахте 300 лет назад казалась адом. Я и сейчас не завидую шахтерам ни в одной стране мира, но тогда работа на шахте мало чем отличалась от рабства: работали от расвета до заката, не выходя наверх, ели и испражнялись в шахте. От кишащих крыс завязывали штанины под коленями. В семье работали все мужчины, но мало кто доживал и 30-ти лет. Компания кормила и одевала работников, а зарплата выдавалась раз в год: деньги тратить особо было не на что (натуральное хозяйство, бартер). Рабочий день летом стоил 2 пенса, зимой — 1 пенс, потому что день короче. Интересно, сколько бы это составило в текущих ценах с учетом накопившейся инфляции. Жаль, что ИПЦ стали считать только лет 100 назад, если Ласперс предложил свой индекс только в конце 19-го века. Надо придумать какой-то способ сопоставления ради спортивного интереса.

Потом нам показали коттеджи, где жили рабочие, со всей эволюцией жилищных условий на протяжении 200 лет. Я бы сказала, что поначалу это были не коттеджи, а бараки без мебели и каких-либо удобств. В 19-м веке это уже вполне сносные жилища с туалетом и ванной. Я бы и сейчас не отказалась так пожить. Вот что значит профсоюзы, религиозное воспитание и технически-прогрессивное мышление.

В шахтерской деревне был единственный паб. Представляю, что там творилось в день получки. В общем, по уровню промышленного развития Российская Империя в 18-м веке, казалось бы, не уступала Шотландии, а возможно и обгоняла. Крепостное право на горных демидовских и строгановских заводах Урала или шотландское докапиталистическое рабство — какая разница? Это уже потом промышленая революция, это потом паровые машины, это потом наши пути развития разошлись.

Насос на лошадиной тяге выкачивал воду из шахт.

Холмы — поросшие отвалы породы.

Говорят, дикие кемперы приезжают мыть золото в ручье неподалеку. Запасы золота поистощились, но если неделю помыть, может грамма 2 и можно найти. Не то, что в былые времена.

— Джон, так ведь это же рабство! Работа на той шахте, я имею в виду.
— Да мы до сих пор так живем: работаю до 8, иногда без выходных, ужин из микроволновки. А потом половину у тебя забирают на всякие налоги.

Мы ехали по сельским дорогам и обсуждали разные факты из экономики наших стран. Говорили о дорогах, о собственности на землю, недрах и шахтах. Я заметила, что если видишь в Британии большой участок земли, то это либо пастбище, либо поле для гольфа. Оказывается в UK фермеры не владеют землей для пастбищ, а арендуют ее у имения какого-нибудь герцога или графа с известной фамилией вроде Дуглас или Гамильтон. На овечек наносят метки: разноцветные полоски, как у индейцев, чтобы отличать, какому племени фермеру овца принадлежит.

Фермеры также получают субсидии от государства в разной форме. Одна из форм — топливо для с/х техники не облагается налогом. Топливо подкрашивают в красный цвет, чтобы владельцы дизельных внедорожников его не заливали. Теоретически полицейский может остановить и проверить, какого цвета топливо у тебя в баке.

Под вечер мы остановились в славном месте — одном из имений Дугласов, широко известной шотландской династии.

Douglas castle — в шутку его называют cамым маленьким замком в Шотландии. Я люблю такие руины: тихо и спокойно, нет ни единой души туриста, денег за вход платить не надо.

Еще люблю цветочки на каменных стенах развалин.

Такие пейзажи напоминают мне о России.

Чертополох (thistle) — национальная эмблема Шотландии. Врезалось это мне в голову еще из школьного учебника Happy English. Thistle — Scotland, shamrock (клевер) — Ireland, red rose (роза) — England и daffodil (нарцисс) — Wales.

Именно о нем знаменитая песня The Flower of Scotland, которую всюду играют на волынках и аккордеонах, и признана она неофициальным гимном Шотландии.

Вечер тоже был славным. В одной из велосумок я обнаружила пакет семечек. Джон, к моему удивлению, засыпал горсть в рот вместе с шелухой, пока я не научила его щелкать сей важный для русской культуры продукт. Так мы и сидели до пяти утра, как гопники, пока не сощелкали весь пакет, параллельно смотря один из моих самых любимых фильмов Local Hero и гогоча над какой-то книжкой с шутками в виде комиксов. Когда на ковре была обнаружена последняя недощелканная семечка, Джон заявил, что это русский таракан и он собирается преподнести ему подарок: fun ride в центрифуге пылесоса.
— Никогда больше не покупай семечки, тут 70% отходов и минус 5 часов сна.

Продолжение >

Реклама

О реальных производствах и экономике труда. Часть 1: шахта: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s